Can I help you?

img_4416-3Can I help you? – Hoping he might ask me about my tractors.

His head turns wondering about my European accent.

He stands in front of me in his small grey shorts, big oily leather hat and his half-length “dry as a bone” coat. Hat, dirty. Boots are too. He always dresses like this, only his warm green socks might experience a rare change. Change is something he does not like, because, for him, it is unnecessary. All his life, every single morning this big Aussie man looks outside of his weatherboard house, drinks his instant coffee, stares out of his window at his thirsty paddock, and walks slowly to his rustic, run down shed. So did his father.

I have never seen such a big dry guy anywhere else. He kicks dust as though he can’t lift his heavy legs high enough, or maybe he just wants to look dirty, trying to justify his day. At the end of a day “dirty” means that some work has been done.

On farm-days everyone calls him “big Nat”, or maybe big “Nad”, I couldn’t understand, indeed I couldn’t understand much at all apart from the sound they make when they pronounce the ‘…at’ or the ‘…ad’ after the capital ‘N’ which starts his name. All I hear is a fat jammed “aaaaa”. The twang. When I look, I notice a net of wrinkles running from the corner of his eyes. Dry riverbeds. These wrinkles, are they channels for water or just rays of warmth from his two suns, his two eyes? His eyes are empty, but smile kindly.

I only wanted to shake his rough hand and feel the strength of this guy, feel how his brushy cracked skin touches mine. I’m looking at his meaty hands. I can’t help it. Big, dirty and brown they are an indication of hardship. Hardship and careless life.

Work is his only hobby, his only thing, his only business, his only everything. All he ever did. The same as his only father ever did. It has nothing to do with money. Because if he even decides to change one wheel on his car it would run 25% better, but why would he? Change is something he doesn’t like, because it’s unnecessary. His father did the same. And that is the way.

Today Nat/d is shopping for a tractor. He’s not planning to buy one, just to shop, shop around. He actually doesn’t need one. I’m standing on the other side of my tent, where I’m waiting for him to respond. I’m thinking to myself “another tyre kicker”, but you have to ask.

Can I help you? – Hoping he might ask me about my tractors.

How r ya? – He drops on his way out of my tent.


Simple God or Just Google


O.k. That might be a bit of a funny topic. Baby names.

I discovered that in some countries you are allowed to name children whatever you fancy whilst in other countries you have only four names to choose from (like Indonesia or Bali in particular) and some countries, like Australia, have a list of banned names… apparently. And this list of banned names varies from state to state.

Once I read an article where a father was naming his son with the most middle names after the main given name “Alexander” His daughter then got the shortest name “E” in the hope that she can prolong her name after the letter “E” the way she likes it, Elisabeth or Elisa for example. Parents had fun, his son didn’t; but that was in US.

Meanwhile here in Australia people tried more boring names, if you can say so; names like “Medicare” or “Smelly”, “Snort”, “G-Bang” or “Ikea”. My favourite, and I believe this is an Australia ONLY, is “Ned Kelly”. Ha-ha, hope they didn’t give that to a girl cause the pressure would be on. That beard, maaaaaan, I tell ya! But seriously, the Government will not allow you to name your daughter “Lady” or “Queen”. Interesting, would those two be O.K for a son? But what is more disappointing is that you would not have a child with a name “Australia”, “President” or  something like “God”. Just imagine how great it would be to say: “Hello, call me simply God”.

Good news: “Google” is still up for grabs! I imagine when IMac is banned, “Google” will be the most desirable.


Детские имена, наверное, самая забавная тема.

Есть страны, в которых можно называть детей любым именем, а есть стары, где выбор ограничен четырьмя именами, как Индонезия, например. Однако, большинство стран ограничивается списком запретных имен.

Я помню статью в журнале “Психология”, где отец, он же автор и статьи и имен, дал своей дочери самое короткое имя, состоящее из одной буквы “Е”, надеясь, что, повзрослев, она сама сможет выбрать себе любое продолжение после “Е”, вроде Екатерины или Елизаветы. А сыну досталась участь самого длинного имени в стране состоящего из 18 средних имен после первого Александр. Но это в Америке, а вот в Австралии люди шутят по-другому, пытаясь назвать ребенка Козявка, Пахнушка, Икеа или Мариюанна, в испанском произношении и перевод не нужен.

Однако, Австралия, взяла под свой контроль именной бизнес, и не разрешила называть своего ребенка Принцесса или Король. К запрещенной теме отнесли Сестру, Леди, Австралию (ах, как жаль, однако) и Христа. Бог оказался тоже под запретом, впрочем, как и Джеймс Бонд. А представляете, как было бы здорово представиться: “Королева. Зовите меня просто Королева”. Королевой уже не назовут, а вот Царица ещё вне запрета, вместе с популярным именем Гугл.



img_1016-2Fantasy is dominating the TV.

Somewhere strong and beautiful people are fighting for a throne, Super naturals unnaturals save the world and magicians hold a battle defending the good spirits. I’m even not talking about vampires, Hulk and representatives from other dimensions. We are sucked in to an unreal world, bright, strong and beautiful where evil collides with good and almost takes over the world. Our favourite heroes could die any minute and only the  button “Power” on our remote control can save their lives.

Those Heroes have interesting lives, living them to the max. We are watching how. They are reshaping the world and falling in love with Faraway kings. We are watching. They are trying to find another Super hero for extra help. We know where and how. The only one thing we don’t know is how to live our own lives. Everything is blur and grey in comparison with Fantasyland. And I know why – cause in Fantasyland there is no TV.


Я заметила, на экране запестрила фантастика, зазывая в свои нереальные, но очень красивые миры. Чужой мир интереснее, привлекательнее, там происходят битвы, прилетают вампиры, борьба за трон случается между красивыми и сильными, и супер натуральные ненатуральные спасают вселенную. Перестала смотреть телевизор, заметив, что спадает эрекция к жизни, а сказочный водоворот всё сильнее засасывает в свою воронку. Лермонтов сказал однажды:

Я жить хочу! Хочу печали

Любви и счастию на зло..

… и закивав ему в ответ, я распланировала каждый свой день во встречах, походах и просто в тихих уютных ужинах так, что на мелькание из черного телевизионного ящика времени не осталось. Теперь я точно знаю, чем наш мир отличается от мира фантастики. В мире хоббитов и Поттеров интересно жить потому, что там нет телевизоров.


A space in a shoemaker’s house


There was a special corner in a shoemaker’s house.

Worn out rug was laying there, on top of that rug stood an old inviting chair which got the name of “Visitor’s throne”. “Visitor’s throne” -because any visitor which was sitting there get a shoe polish from the shoemaker’s kids. “Customer shouldn’t  wait, they have to be busy with something, with something… busy with something, “- the shoemaker would mumble. And his kids would be trained to be perfect entertainers. The red tarnished step in front of the chair was there for the little workers. They would sitting on it and talking about neighbours, polishing shoes and earning a small coin. In that exact second when they receive money children would have happily rushed out of the doors forgetting to close a shoe cream.

It was always cold and humid in that corner similar to an old mouldy basement. And it smelled like mushrooms. That specific, almost liquid -like odour was a mixture of shoe glue, leather and wooden aromas – a creation by accidence with an unforgettable fragrance, which was infused into every single thing in that house. It would catch and embrace every visitor who entered the house as it did with everyone who lived there. If you happened to come to that place you would be almost obligated to wear this Smell like an invisible and complimentary business card of the shoemaker, his best creation, his personal touch. Even if someone would pass by the house that Smell would gently touch his nose and place “his” hand on the shoulder like the best friend would do.

And later, after that famous shoemaker had died, he got a present from almost every citizen of that small town. For his last trip they brought him a little tins with a shoe cream and placed it in his coffin. I guess you have to return a favour.


Есть всего несколько вещей, которые обозначают спокойствие и домашний уют: камин, мягкое кресло и абажур – точно в их числе. К этой фотографии я возвращаюсь часто, и только сегодня поняла почему.

Помните, знаменитый зеленый абажур – признак объединения и семейственности, упомянутый и Булгаковым, и Куприным и Аненнским? Купол абажура – это воплощение твёрдых семейных устоев, обтянутых мягкой тканью традиций. Что касается камина – теплого и сердечного, попросту, главного места в доме – всё понятно, а вот кресло – это своего рода опочивальня. Кажется, у Марины Цветаевой в “Повести о Сонечке”, рассказывалось, как Соня ела, читала, спала, просто жила в кресле, потому как кресло – это гнездо, уют и утроб матери в своём роде. Вот и получается, что сверху нас приземляет семейными ценностями нависающая сфера абажура, а снизу нас поднимает над землей созданное нами гнездо.

Так, мы и существуем в невесомости между небом и землей почти всю свою жизнь. И, потеряв одно из них, мы можем воспарить ввысь свободы или застыть от холода неприкаянности. И только баланс удерживает нас в само- левитации.

50 shades of play

_mg_1186-2Yesterday I was at the performance of “Removalist”.

After Show Premier, as always, there is a little celebration. I stayed this time to ask everyone one question: “What do you think this play was about?”. And I found out an interesting thing.

One play, one scenario, all viewers listen to the same words and watching only one version of  acting, nevertheless every single one of us has his own version of a play. Sounds cliché, I know, but when you ask everybody what was this play about you think that everyone watched 50 different plays. That evening I heard that this play was:

– …about emptiness and nothingness around, – version of a young male writer.

– Play was about that there is nothing pure and nothing absolute in this world, – said a female actor who played an adulterers.

– Play was about corruption, -answer to me a young female, daughter of rich father, with whom she stopped communicating.

– About power, -said male young director.

– About loosing moral virginity, -said another female.

– About Australian rude men behaviour, -said a female actress, who was abused in the play.

– About social pressure and how we had to adjust to the needs of society, – conclude an actor who played an abuser.

And I didn’t paid attention about those talks that evening, of course we all have a different opinions. But later it started to bother me, how one play can be so completely different. And I realised that in a book, film or especially theatre we see only a reflection of ourselves. If we wanted to be in charge and to be famous we see everywhere signs of power, if we are tired from rudeness we reflect only gender issues, if we are searching for a bigger picture -we dig for soul. Basically we don’t watch what we’ve been shown, we only see what we want to see.


Вчера была на театральной премьере.

И, как всегда после премьеры, мы остались на маленькое празднество. Пока мы общались, я задавала всем один вопрос: “О чем, по их мнению, была пьеса?” И, как бы клише это не звучало, сидя на одном спектакле, каждый смотрел свою версию происходящего.

Молодой директор мне сказал, что пьеса о влиянии и власти; актриса, которая играла сестру, уличённую в измене мужу ответила, что это про то, что никому нельзя верить и что нет ничего абсолютного. Тогда как ковыряльщик мозгов поведал, что это о потери девственности души. Были и другие версии, например, молодая известная актриса, живущая с женщиной-партнером задумалась и решила, что пьеса про австралийских мужчин и их консьюмеризм по отношению к женщинам, их жестокость и патриархальное отношение. Кто-то ещё сказал, что это про общество, как главный образовательный элемент, а вот дочь богатого фермера пояснила, что всё про коррупцию.

В общем, я для себя уяснила две вещи: в тот вечер каждый из нас смотрел разные пьесы с одной и той же сцены, и  каждый в ней видел лишь отражения себя и своих проблем.

“Fast Home” or “Preview”

And here we go. Two missed days of posting and all thanks to my busy life.
Summer is poking on my window, smiling and looking out for me. I’m hiding, but it is hard to hold my breath.
I feel like I’m already surrendered by summer’s long arms. I was at home only for short nights all of last weeks: I took a photo during a theatre rehearsal, I caught up with friends, went to see a show, exhibitions, lengthy conversations , meetings, saw another friend and on, and on, and on.
Every time I get caught up in such a swirl the next thing I know is that I will be hiding at home and regaining energy. I wish, oh, I wish so much having a remote control with “Pause a life” button, “Slow motion” or “Fast back” option. My most favourite  button would be “Relocate me home fast”, “Undo” or “Preview”. With “Home fast” all is clear, but “Undo” button should have a limit – let’s say 10 times a life or so; that way we wouldn’t use it all the time. And you know, I would even donate one of these “Undo’s” to America to let them vote again.
But “Preview” button would be the most limited. You can only see one preview photo per life. And how funny would it be to wait for that moment you saw in that photo standing on top of the podium; only to find out that you was just one of the cleaning staff who prepared this podium for others.
Два пропущенных дня блоговской жизни.
В виртуальной жизни можно нажать на паузу, в жизни реальной такой кнопки нет.
Есть лишь возможность замедленного действия или повтора кадра. Но в эти два дня, похоже, кто-то сел на пульт и всё закрутилось в режиме ускоренной перемотки. 24 часа в сутках пронеслись как четыре.
И для того, чтобы убедиться, что ничего не пропущено пересмотреть всё, что я пробежала в режиме спринта, мне придется ещё раз вернуться назад. Теперь уже в мыслях и блогах, разговорах и записях на салфетках.
А вообще-то,  чудесное это время – время набежавшей событийной волны. Всё ещё хочется бурлить и пениться, но уже мысленно ждешь отлива. Ах, как было бы здорово нажать на кнопку “паузы” или “слоу моушн”, а ещё лучше на кнопку “отменить действие”.

A gift

_mg_0842-2We were visiting NGV yesterday. Taiwanese- American artist Lee Mingwei created an installation which is called “Moving garden”. Basically it is a table with flowers growing from the crack in the middle.

You can take any flower as long as you are willing to give this gift away to a stranger who you feel would benefit from this inspiriting act of sharing. And just as we get out from the exhibition we saw a homeless person with a bunch of flowers standing next to him.

Noone GAVE a flower to this homeless guy, instead these flowers were just placed next to him. The act of giving, approaching each other and breaking boundaries became an act of commemorating a live person, almost like burying the one who doesn’t fit into society.

We felt like we’ve been experiencing unexpected shadow of  Mingwei’s idea.


На выходных мы опять забрели в Галерею. На этот раз, посмотреть новые инсталляции.

Одной из таких новых инсталляции был стол, под названием “Трогательный сад” или, если дословно “Движущийся сад” тайванско-американского артиста Ли Мингвея. Идея в том, что цветок, пробивающийся сквозь трещину цементного стола, можно взять с собой при условии, если после выхода из Галереи он перейдет в руки какого-нибудь незнакомца.

Нужно выбрать (незнакомца), объяснить (свой подарок) и подарить (цветок) – какой же это страх и какое же это счастье! Выбор начинается задолго до выхода из музея. Однако на улице, у парапета в музей, мы увидели нищего со стоящими рядом с ним цветами. Так, в одно мгновение, акт разделения красоты, акт безвозмездного дарения и стирания границ между людьми превратился в акт памяти и скорби. Похоже, хоронили неугодного обществу человека. Хоронили заживо, имея лишь позитивные интенции. И нам показалось, что в эту минуту мы увидели неожиданную тень идеи Мингвея.




I have a favourite house in my suburbia in Melbourne.

And it is favourite not because it’s beautiful, but because of the one simple thing. People who live there change a flag on their mast regularly. One day it was the Pirate Flag, Australian for Australian day, Flag of AFL team, when they won, flag of France on Bastille day, Halloween flag and so on. I like to follow them. It is like a game, I check if my mood and my knowledge about today’s news are in tune with those flags.

Today they had a Half Staff Flag Status of… America.

I recon I felt the same. R.I.P. American Democracy.


В нашем районе есть дом, за которым я слежу. Ну, не то чтобы слежу в бинокль каждый день, но если проезжаю мимо, то обращаю внимание на одну деталь, и вот почему: в этом доме живут любители флагов.

У них есть свой флагшток, на котором вздергивается флаг соразмерно событиям  в мире и их настроению. Я видела флаги фубольных клубов, разных стран, флаг Хэллоуин, пиратский флаг, флаг Австралии, Франции и т.д. Сегодня флаг Соединенных Штатов Америки был приспущен. Траур. Похоже, что они отмечали похороны Американской демократии, если не сказать больше.

Ну что ж, не могу не согласиться.

Made by heart


I had to stop when I saw this shoe shop.

It is a shop of a famous shoemaker in Melbourne, but today I felt like I’m in Italy. I think I wasn’t fuss about design of shoes, I was simply fascinated by workshop itself, everything in this workroom was beautiful from wall’s colour to aprons.

I imagined how is it to be a shoemaker for a day. I would be surrounded by my apprentices and I would show them quality of material by laying out in front of them the best examples of leather I have. I would caress those colourful sheets with biggest tendency. I would explain them an art of stitching different leather pieces and where in the base of elegant shoe to pin tiny nails. I would choose a shape of a heel and glue it to the sole of a shoe and I would even show those guys how to shape a shoe top. Everything… I would do everything what a wise craftsman does.

In that moment I felt like an old grey man with a round back. I imagined wearing heavy leather apron, walk slowly and indulgently smile to bypasses and may be drink an aromatic coffee which my wife brings me. I definitely would do it for a day, but for the rest of my life I would just put my foot into a shoe, smiling about how good it is to be able to choose in between  skills and talents of all those shoemakers and have ability to wear days or weeks of fine craftsmanship. They probably don’t have this privilege of choice as I do. The privilege of a shoe buyer.


Мне пришлось остановиться. Мне захотелось вернуться назад. Мне удалось простоять на одном месте до темноты.

Я, жадно изучая каждый уголочек этой мастерской, представляла, как бы я работала и жила в ней в этот самый момент. И всё в ней было органично. И кожаные фартуки, тяжело свисающие с крючков, словно вторая пустая оболочка мастера, и его инструменты, и сумки с раскрытыми ртами, ожидающими наполнения своего утроба вещами нового хозяина, и, даже, цвет кирпичных старых стен с отваливающейся штукатуркой. Всё здесь привлекало меня, и переносило в мир обувных дел мастеров, где на одной улочке, в центре маленькой итальянской деревушки, размещались сразу пять мастерских.

И выходя ежечасно из своего темного уголка, сапожник расправляет спину и кивает своему коллеге, проверяя мимоходом, не успел ли он сделать что-то необыкновенно красивое за этот час.

“Всё на месте? Всё в порядке,” – проверит он, пробегая глазами по витрине конкурента. И, выкурив с ним сигарету, обязательно справится о Бруно портняжке, третьем или пятом мастере, о котором в связи с его отсутствием, так прятно посудачить. И так проходит целый день, а то и неделя, пока кто-то из них не выставит на витрину своё новое творение, гордо посматривая на прохожих через стекло своей мастерской, уже, не выходя из нее. И прибежит вся деревня посмотреть на новое творение. А уже через несколько часов, гордый и богатый покупатель натянет новые туфли на свою потную широкую ногу. Мастер виновато улыбнется, и вся красота достанется ему, тому кто её купил.

The end.


Long tongue – kind heart

img_0653-2Look what I found today!

Dragon on top of a car! How amazing is that? It reminded me Viking’s boats with figureheads which initially were created to keep bad spirits away and protect boats from a big fish throughout sailing period. This dragon has a big eyes, red tongue and a red kind heart – everything what you need to succeed.

And I was thinking, what if we bring this tradition back and everyone can decorate their cars with favourite figureheads? We can even put them on the bikes or use them for our houses. There are lots of bad spirits out there, any protection is valuable. I showed a dragon to a friend of mine and he said that most of the houses would have already a similar dragon with a long tongue and a big heat, we just call it differently.

When I asked: “How?”

He said: “Wife.., I guess”.


По пути домой я увидела вот это.

“Это” ехало на крыше автомобиля. И сей дракон мне сразу напомнил корабли викингов с головными или, правильней будет сказать, носовыми фигурами. Рррр…как патетично звучит, но дракон всё же здоровский! Дракон словно нарисован одной непрерывной линией, и у него есть не только глаза, но ещё язык и сердце. Всё что нужно для победы!

И я подумала, что если мы решимся вернуть эту традицию и начнем украшать крыши и бампера своих машин фигурами вроде этой, в целях сохранить машину от злых духов и вражеских набегов? А ещё, можно украсить подобным образом велосипеды и квартиры. Хотя нет, квартиры можно не украшать, потому как частенько в каждой из них уже сидит по одному такому дракону с выпученными глазами, длинным языком и очень большим сердцем. Мы только зачем-то зовем их то женами, то тёщами, то свекровями.